Toggle the Widgetbar

Господи Исусе Христе Сыне Божии, помилуй нас!

П.Т.Л.М.Ч.!

« Нет другого имени под небом данного человекам,которым надлежало бы нам спастись» (Деян.4.12.)

Обыкновенный разум человеческий не знает духовного могущества слова и даже не имеет догадок о нем. А все потому, что образы своих познаний он берет с человека падшего, пораженного грехом, уподобившегося «скотом несмысленным» и забывшего о своем истинном подобии и предназначении. А потому и пользуется он словом безвнимательно, бездумно, безответственно и зачастую несообразно необходимости и неадекватно ситуации.

А ведь Господь предупреждает нас: «За всякое праздное слово, какое скажут люди, дадут они ответ в день суда; ибо от слов своих оправдаешься и от слов своих осудишися» (Мф.12.36.).

«Слово есть некоторый легкий и невидимый воздушный организм, наделенный магической силой что-то особенное значить, в какие-то особенные глубины проникать и невидимо творить великие события» (1). Слово может свидетельствовать, может наставить, может убедить и может просветить. Слово может оскорбить, может унизить, может уничтожить и даже может убить. Слово  может утешить, может обрадовать, может исцелить и может воскресить!

«Тайна слова в том и заключается, что оно орудие общения с предметами и арена интимной и сознательной встречи с их внутренней жизнью» (1). И, тем более, загадочно, таинственно и содержательно имя. «Имя вещи есть выраженная вещь». «Слово, имя вещи, взятые как идея, суть выражение и понимание вещи; или, вернее, идея и есть сама вещь, но данная в своем максимальном присутствии в инобытии». «Если сущность  — имя и слово, то значит и весь мир, вселенная есть имя и слово. Все бытие есть то более мертвые, то более живые слова. Космос – лестница разной степени словесности. Человек – слово, животное – слово, неодушевленный предмет – слово. Ибо все это смысл и его выражение. Мир – совокупность разных степеней жизненности и затверделости слова. Все живет словом и свидетельствует о нем».

« Мышления не существует без слов. Слово, и в частности имя, есть необходимый результат мысли и только в нем мысль достигает своего высшего напряжения и значения».

«Там, где сущность пребывает всецело, имя есть сама сущность,имя предмета неотделимо от него, имя сущности есть смысловая энергия сущности».

«Имя – как максимальное напряжение осмысленного бытия вообще – есть также и основание, сила, цель, творчество и подвиг также и всей жизни, не только философии. Без имени было бы бессмысленное и безумное столкновение глухонемых масс в бездне абсолютной тьмы, хотя и для этого нужно некое осмысление и, значит, какое-то имя. Имя – стихия разумного общения живых сущуств в свете смысла и умной гармонии, откровения таинственных ликов и светлое познание живых энергий бытия.

В любви мы повторяем любимое имя и взываем к любимому через его имя. В ненависти мы хулим и унижаем ненавидимое через его имя. И молимся мы и проклинаем через имена,через произнесение имени. И нет границ жизни имени, нет меры для его могущества. Именем и словами держится мир. Имя носит на себе каждое живое существо. Именем и словами живут народы, сдвигаются с места миллионы людей, подвигаются к жертве и к победе глухие народные массы. Имя победило мир»(1).

Сии заумные рассуждения известного философа А.Ф. Лосева приведены здесь, главным образом, для того, чтобы осознать важность и масштабность проблемы имени и отнестись к ней с должным вниманием.

 Имя , как мы теперь понимаем, не является случайным, произвольным знаком для обозначения объекта, и вовсе не случайно оно получило глубокое отражение в христианской духовной культуре. Именование человека при крещении носит черты сакральности. Через имя человек находит себе  Божественного ходатая и покровителя и его имя записывается Богом в Книгу Жизни. Поэтому вопрос именования от выбора имени при крещении до реального обращения в обыденной жизни играет немаловажную роль в судьбе человека-христианина. А по мнению современного психолога Б. Хигира: «существует незримая, но вполне реальная связь между именем человека и его способностью достигать тех или иных высот в своей профессии».

В православной традиции принято называть младенца именем святого прилучившегося на восьмой день от рождения (или в пределах от первого до восьмого дня). Причем, лучше всего этот выбор доверить священнику совершающему крещение. Нарушение этой традиции во времена безбожного мракобесия привело к сильным «перекосам» от изобретения новых имен (Владилен, в честь Ленина, Октябрина, в честь октябрьской революции), до чрезвычайной ограниченности выбора из 5-6 модных мужских и 6-8 женских имен. И это в то время, когда святцы содержат сотни красивых полнозвучных и глубоко символичных незаслуженно преданных забвению имен.

Вы только послушайте: Авундий, Варлаам, Гликерий, Доментиан, Евлампий… Причем нередко в переводе с греческого языка они имеют глубокое символическое значение, например: Клеоник – славный победитель, Малахия – посланник Божий, Мелетий – заботливый и т.п., а как говорит Златоуст: «Тщательно исследуя каждое имя непременно найдешь в нем какое-нибудь предзнаменование».

Особенно же погрешает тот, кто вместо имени, данного человеку при крещении, называет его совсем другим нехристианским именем, а, фактически, кличкой. Так, к примеру, Георгия часто называют Жорой или Юрой, Александра – Сашей и даже Шуриком, Евдокию – Дуней, а Марью – Марусей или Мусей. И такими именами родители-христиане называют свое любимое чадо, а ведь тем самым, конечно, неосознанно, они отталкивают его Ангела-хранителя и отвергают святого небесного покровителя.

Православному христианину положено иметь только одно имя – именно то, которое он получил при крещении. Оно должно быть записано в свидетельстве о рождении и во всех других документах, и им должно называть человека независимо от обстоятельств, настроения и возраста, оно должно быть записано в поминальнике о здравии, а после смерти – за упокой, и тогда оно никогда не сотрется из Книги Жизни.

«Радуйтеся тому, что имена ваши написаны на небесах» (Лк10,20).

     Сочетание букв, вынесенное в заголовок, может показаться странным и, наверное, непонятным. Поспешу объясниться, это сокращенное приветствие: «Приветствую тебя, любезный мой читатель!». Предполагаю, что такое обращение не всем понравится, но делаю это умышленно, потому что повод для такого сокращения есть и очень серьезный.

Довольно часто в письмах верующих христиан и даже в печатных изданиях можно встретить такой странный заголовок: «Г.И.Х.С.Б.п.н.!», ГЭИХАЭСБЭПЭЭН — так нелепо звучит эта надпись, что расшифровывается довольно просто и почти всем понятно. Это не что иное, как Исусова молитва: «Господи Исусе Христе Сыне Божии, помилуй нас!». Но дорогие мои, такой фамильярности не потерпят даже самые близкие знакомые, да и на ум нам не придет вместо: «Здравствуй, дорогой  Олег Харитонович!» написать: «З.д.О.Х.!»

Да, действительно, грамматика славянского языка предусматривает сокращения слов, которые часто встречаются в тексте, к тому же сокращаются слова важные: «Господь» — «Гдь», «Богородица» – «Бца» (с соответствующими титлами над словом) и т. п., но это делается по определенным правилам, и такого  варварского сокращения до одной буквы вы не найдете ни в одной древней и, тем более, служебной книге.

Правда, встречаются такие сокращения в переписке старообрядцев в ХIХ-ХХ веках, но они делались исключительно в целях конспирации. Так, епископ Савватий в 1865 г. в своем письме после указанного выше сокращения пишет: «призываю на вас м.и.б.л.» (расшифровку доверяем читателю), и далее неоднократно в тексте использует подобные сокращения, а подписывается: «Ваш доброжелатель С.С.Е.Т.» (смиренный Савватий епископ Тобольский). А Епископ Арсений Уральский в переписке с Бриллиантовым пишет: «Саратовский и Самарский товары прибыли на ярмарку, а Московский пребудет в среду», имея в виду под товаром – епископов, а под ярмаркой – Собор. Трудно возразить против таких приемов, на то была, действительно, объективная необходимость, ибо это было время подпольного возрождения Церкви, каждый шаг проходил над пропастью.

Понятно, что нынешняя свобода временная, неустойчивая и дозированная, тем не менее, никак нельзя сказать, что сейчас гонительное время, поэтому, думается, нам нет никакой необходимости скрывать свою веру и камуфлировать ее такими оскорбительными символами. Смысл сокращения в наше время может быть только один – быстрее совершить формальность. Конечно, сокращение – удобный способ экономии времени и места на бумаге, но, во-первых, строчка все равно теряется, а, во-вторых, не должно жалеть место для полного написания Исусовой молитвы, и даже полезно было бы упражняться в ее написании, как, кстати, и в самой молитве, самое главное делать это со смыслом.

А поскольку мы заговорили о молитве, то и здесь можно во множестве наблюдать формализм и небрежение. Особенно это заметно, когда после обеда совершаются 12 поклонов. А ведь такому «маханию беси радуются». Вряд ли можно за 1 секунду членораздельно произнести Исусову молитву и, тем более, согласовать ее с движением руки, как рекомендуют нам святые отцы: «Господи» – на лоб, «Исусе Христе» – на живот, «Сыне Божии» – на правое плечо, «помилуй нас» – на левое и завершить ее глубоким поясным поклоном. А молитва «Господи помилуй», повторенная 40 раз, порой превращается в заунывное гудение. Эта «гонка» объясняется исключительно желанием быстрей отвязаться от обременительной обязанности, а в таком случае можно только пожалеть о потраченном на эту молитву времени. Ведь молитва должна вызывать чувство чрезвычайного уважения,  почитания, ощущение непосредственной близости Всеведяшего и Всевидящего Бога, поэтому она должна быть истовой, внимательной, можно сказать, напряженной.

«Господи Исусе Христе Сыне Божии, помилуй нас!», «Пресвятая Троице, Боже наш, слава Тебе!» … Обратите внимание, к Богу, будь то Исус Христос или Троица (три ипостаси Божества), святые  всегда обращаются на «ты»: «Твой есмь аз…»- говорит пророк Давыд, и Василий Великий, аналогично: «…исправи живот наш к заповедям Твоим», и то же относится к Богородице: «Богородице, Ты еси лоза истинная…». И мы, наученные святыми отцами, повторяем эти молитвы и обращаемся в них к Богу и к святым угодникам не иначе, как на «ты».

Как же объяснить, что к людям мы часто обращаемся на «вы»? Или мы почитаем их больше Бога?.. Как непринужденно и естественно звучит «ты» в устах младенца, и этим он не обидит даже президента. христианское приветствие 3Откуда в нашей русской речи появилось «вы», которого нет, практически, ни в каком другом языке. Даже царя-батюшку простой мужик называл всегда на «ты», и это было совершенно естественным. На «вы» логично было бы обращаться к аудитории, содержащей более одного человека, или, например, к бесам, которых тоже немало увивается около нас, хотя разумней к ним не обращаться вовсе.

 Таким образом, по древне-православному славянско-русскому обычаю обращение на «ты» более оправдано и даже предпочтительно, не взирая на лица, будь то старушка или архиерей. Однако культура русского народа претерпела с веками значительные изменения под воздействием заграничной моды, светских искаженных ценностных понятий и содержит определенные этические нормы, повлиять на которые церковь в настоящее время не в состоянии, поэтому в повседневной жизни христианам следует учитывать сложившийся менталитет и поступать в соответствии с ситуацией.

В частности, это относится и к вопросу о предпочтении «ты» или «вы». В современном обществе на «ты», как правило, обращаются только люди самые близкие, обычно родственники, проживающие совместно. Также принято обращение на «ты» ровесников, людей равного положения, но начинают знакомство обычно на «вы» и, тем более, когда обращаются к старшим. Поэтому людей далеких от церкви бесцеремонное «ты» может быть неправильно понято, и, попросту, обидеть, а этого христианину следует опасаться.

Ваш доброжелатель С.А.Е.К.В. ( 01.06.2003 год )

Митрополит Андриан 2  

Константин Антонов

Константин Антонов

Милостию Божией грешный иконописец.

Комментировать запись

Мы не опубликуем Ваш адрес электронной почты. Нужно заполнить все отмеченные поля *

Работаем с 9:00 до 22:00

Заказы принимаем круглосуточно

Напишите нам:

drev.obraz@gmail.com

Позвоните нам:

+7 (908) 671 44 79

WhatsApp

+Toggle the Widgetbar

© 2012-2018. (7527 год от Адама) Иконописная мастерская "Древнерусский образъ"

Константин и Анастасия Антоновы

Современное Древлеправославие